Дети из класса 402 смотреть онлайн

По статистике за год более тысячи детей из детских домов воспитывались в приемных семьях. Пять тысяч из них вернулись обратно в детский дом. Женщины, отказавшиеся от приемных детей, рассказали нам, каково это - быть матерью неродного ребенка и что привело их к этому непростому решению. Ирина, 42 года В семье Ирины росла дочь, но они с мужем хотели второго ребенка. Супруг больше не мог иметь детей по медицинским показаниям, поэтому пара решила усыновить ребенка.

Пара решила усыновить ребенка.

Боязни не было, потому что Ирина работала волонтером и имела опыт общения с брошенными детьми. В августе этого года мы усыновили годовалого Мишу из детского дома.

Первым шоком для меня была попытка укачать его. Ничего не получалось, он качался сам: скрещивал ноги, засовывал два пальца в рот и раскачивался из стороны в сторону. Только позже я поняла, что первый год пребывания Миши в детском доме был потерянным: у ребенка не сформировались привязанности. У детей в детском доме постоянно меняются няни, поэтому они не успевают привыкнуть. Миша знал, что его усыновили. Я рассказала ему это мягко, как сказку: Я сказала ему, что одни дети рождаются в животе, а другие - в сердце, вот и ты родился в моем сердце".

Ирина признается, что маленький Миша постоянно манипулировал ею, был послушным только ради выгоды. Он говорил своим воспитателям, что мы его не кормим. Когда ему было семь лет, он сказал моей старшей дочери, что лучше бы она не родилась. А когда мы в наказание запретили ему смотреть мультфильмы, он пообещал зарезать нас. Миша наблюдался у невропатолога и психиатра, но никакие лекарства ему не помогали. В школе он срывал уроки и бил своих сверстников. У мужа Ирины кончилось терпение, и он подал на развод.

Миша продолжал делать гадости исподтишка. Мои чувства к нему постоянно менялись: от ненависти до любви, от желания убить меня до душераздирающей жалости. Все мои хронические болезни обострились. Началась депрессия". По словам Ирины, Миша мог воровать деньги у одноклассников и тратить свои обеденные деньги в игровом автомате. Когда Миша пришел домой, я в ярости ударила и толкнула его пару раз так, что у него произошел подкапсульный разрыв селезенки. <Вызвали скорую помощь. Слава богу, операция не понадобилась. Я была напугана и понимала, что мне придется отказаться от ребенка. А вдруг я снова сорвусь? Я не хотела попасть в тюрьму, мне еще нужно было растить старшую дочь. Через несколько дней я навестила Мишу в больнице и увидела его в инвалидном кресле, он уже две недели не мог ходить. Я вернулась домой и перерезала себе вены. <Моя соседка по палате спасла меня. Я провел месяц в психиатрической больнице. У меня тяжелая клиническая депрессия, я принимаю антидепрессанты. Мой психиатр запретил мне лично общаться с ребенком, потому что все лечение после этого идет насмарку". После девяти лет жизни в семье Миша вернулся в детский дом. Спустя полтора года юридически он по-прежнему является сыном Ирины.

Женщина считает, что ребенок до сих пор не понимает, что произошло, он иногда звонит ей и просит купить ему что-нибудь. У меня нет разграничения - родной или приемный. Для меня все - родные. Это как будто я отрезала часть себя". После случившегося Ирина решила выяснить, кто настоящие родители Миши. Оказалось, что в его семье были шизофреники. Он одевал мою дочь на выпускной. Но все решало его поведение, его наследственность. Я твердо верила, что любовь сильнее генетики.

Это была иллюзия. Один ребенок разрушил всю мою семью". Светлана, 53 года В семье Светланы было трое детей: родная дочь и двое приемных. Старшие двое уехали учиться в другой город, а младший приемный сын Илья остался со Светланой. По документам он был совершенно здоров, но вскоре я стала замечать некоторые странности. Застилаю ему постель, а на следующее утро нет наволочки. <Спрашиваю его, куда он делся. Он не знает. На день рождения я подарил ему огромную радиоуправляемую машину. На следующий день от нее осталось одно колесо, и он не знает, где остальное. После нескольких обследований у невропатолога Илье поставили диагноз "абсансная эпилепсия". Для этого заболевания характерны кратковременные потери сознания. Он начал психовать как никогда раньше. Все в доме было разбито и поломано: раковина, диваны, люстры.

Спросишь Илью, кто это сделал, ответ один: не знаю, это не я. Я просил его не употреблять наркотики. Я сказал: Закончи девятый класс, потом поедешь учиться в другой город, и мы расстанемся на хорошей ноте. А он сказал: "Нет, я никуда не поеду, я тебя отсюда заберу". После года ссор с приемным сыном Светлана попала в больницу с нервным истощением.

Тогда женщина решила отказаться от Ильи и вернула его в детский дом. Он извинился, сказал, что не понимал, что делал, и что теперь ничего не употребляет. Потом он вернулся обратно. Я не знаю, как там оформляется опека, но он вернулся жить к своей матери-алкоголичке. У него есть своя семья, ребенок. Его эпилепсия до сих пор не прошла, и он иногда сходит с ума из-за мелочей". Евгения, 41 год Евгения усыновила ребенка, когда ее собственному сыну было десять лет. От этого мальчика отказались его предыдущие приемные родители, но, несмотря на это, Евгения решила взять его в свою семью.

По прошествии времени мы поняли, что это был просто способ манипулировать людьми. В глазах окружающих он всегда оставался чудо-ребенком, никто не мог поверить, что в общении с ним есть какие-то реальные проблемы. Евгения начала замечать, что ее приемный сын отстает в физическом развитии. Постепенно она начала узнавать о его хронических заболеваниях.

Когда он убедился, что мы ему верим, он как-то забыл, о чем вообще говорил ребенок, и вскоре стало ясно, что большинство историй он просто выдумал. Он постоянно переодевался в девочку, принимал женские роли во всех играх, забирался к сыну под одеяло и пытался обниматься с ним, ходил по дому со спущенными штанами, отвечая на замечания, что ему так удобно.

Психологи говорили, что это нормально, но я никак не могла согласиться, в конце концов, у меня тоже растет мальчик. Во втором классе мальчик не умел считать до десяти. Евгения по профессии педагог, она постоянно занималась с сыном, им удалось добиться положительных результатов. Только общение между мамой и сыном не ладилось. Мальчик врал учителям, что дома над ним издеваются. А мальчик просто хорошо чувствовал слабые места окружающих и бил их, когда нужно.

Мой сын был доведен до истерики: он говорил, что мы его не любим, что он останется с нами, а его сына отправят в детский дом. Он делал это исподтишка, и долгое время мы не могли понять, что происходит. В результате наш сын тайно тусовался в компьютерных клубах и воровал деньги. Нам понадобилось полгода, чтобы вернуть его домой и привести в чувство. Сейчас все в порядке. Сын довел маму Евгения до сердечного приступа, а через десять месяцев женщина отдала приемного сына в реабилитационный центр.

Я поняла, что не готова пожертвовать своим сыном, своей матерью ради призрачной надежды, что все будет хорошо. То, что его отправили в реабилитационный центр, а потом написали отказ, мальчику было абсолютно безразлично. Может, он просто привык, а может, у него атрофировались человеческие чувства. Для него нашли новых опекунов, и он уехал в другой регион. Кто знает, может, там все наладится. Хотя я в это не очень верю.

Навигация

thoughts on “Дети из класса 402 смотреть онлайн

  1. Абсолютно с Вами согласен. В этом что-то есть и мне кажется это хорошая идея. Я согласен с Вами.

  2. Полностью разделяю Ваше мнение. В этом что-то есть и идея отличная, поддерживаю.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *